Опера Дон Жуан

3 ноября 2014, 09:17

Оперные премьеры в двух сезонах подряд (2013/2014; 2014/2015) отданы на откуп Вольфгангу Амадею Моцарту. Московские зрители уже увидели «Так поступают все женщины, или Школа влюбленных» в Большом театре, «Дона Жуана» в Музыкальном театре им.К.С.Станиславского и Вл.И.Немирвича-Данченко, «Свадьбу Фигаро» в Новой опере им.Е.В.Колобова. А в апреле 2015 года Большой театр покажет еще одну новую постановку по Моцарту.

Настороженность, которая чувствовалась в отношениях между столичными музыкальными театрами и великим австрийским композитором в последние годы, преодолена. И можно с гордостью заметить – каждый новый спектакль следует называть удачным. Видимо, московские театры спохватились, что лидерство в исполнении опер Моцарта в последнее время закрепилось за провинцией: Пермский театр оперы и балета со своими спектаклями «Cosi fan tutte»и «Le nozze di Figaro»производил фурор в столице два года подряд.1Получилось, что совместными усилиями нескольких театров зрители в один календарный год увидели новые трактовки опер из «венской тройки» — произведений Моцарта, написанных на либретто Лоренцо да Понте. Одним из этих шедевров является «Дон Жуан», и его поставили в Музыкальном театре им.К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко (режиссер – Александр Титель, дирижер – Уильям Лейси, сценография – Адомас Яцовскис, костюмы – Мария Данилова).

Авторское определение жанра оперы – dramma giocoso, однако часто постановщики могут пренебрегать комедийными элементами в пользу трагедийных, ведь даже название целиком звучит как – «Дон Жуан, или Наказанный развратник». Часто, но не всегда. Так, трактовку Тителя можно именовать веселой драмой.

Начало спектакля выглядит обманчивым. Первую половину увертюры оркестр играет с задернутым занавесом, затем сцена обнажается. На ней свалка из пианино. Свалку, видимо, оформлял страстный любитель музыки – все инструменты, хоть они и старые, сломанные, с клавишами, в которые вбиты суровые гвозди, аккуратно поставлены друг на друга. Фортепианная громадина по своему облику напоминает могучий орган или пирамиду с основанием в полдюжины пианино. Конструкция остается необжитой совсем недолго – на несколько тактов увертюры ее занимает шестерка главных героев произведения. Уверенным шагом они выходят из-за кулис и садятся за свои инструменты. Прямые спины, торжественность во взгляде: словно на сцене не несколько персонажей, а все два – многоуровневая конструкция, составленная из многих клавишных, и один герой, составленный из шести образов. Лепорелло, Церлина, донна Эльвира, дон Жуан, донна Анна, дон Оттавио поворачиваются спиной к зрителям, пытаются наиграть какие-то мелодии, но вдруг резко останавливаются и уходят таким же резким шагом, каким и пришли, в едином порыве.7Начало постановки можно назвать драматическим и даже трагедийным. С точки зрения, сценографии, оно напоминает финал сатириконовского «Короля Лир» (режиссер – Юрий Бутусов, художник – Александр Шишкин). Однако в процессе действия от трагедии не остается и следа. С одной стороны, получается, что все режиссерское решение увертюры выпадает из общего посыла спектакля, однако на самом деле – такой таинственный и мистический зачин, и помогает зарифмовать O statua gentilissima, и сообщает морализаторский смысл, который отсутствует в последних сценах спектакля: донна Анна, донна Эльвира, Церлина, дон Оттавио, Лепорелло, Мазетто поют о наказании виновного и победе справедливости так весело и игриво, что ни о каком жестоком наказании развратника и речи быть не может. Тем более, дон Жуан попадает не в геенну огненную, а всего лишь в нутро музыкального инструмента.

Рисунок сцены на протяжении двух актов оперы создается с помощью громадной конструкции: одна сторона состоит из тридцати пианино, вторая сплошь увит красным виноградом. Несложно догадаться, что имеется в виду двуликая природа чувственности: наслаждение и расплата за него. Нечто похожее мы недавно видели в мхатовском спектакле «Трамвай «Желание», где конструкция тоже имеет две стороны, и важным аспектом является ее круговое перемещение. В оперном представление движется не конструкция, а герои внутри нее. Герои перемещаются и вверх, и вниз, и внутри стены из винограда, и снаружи.

5Костюмы от центрального объекта на сцене не отвлекают. Они созданы из тканей нейтральных цветов и не несут в себе конкретную эпоху. Однако костюмы индивидуализированы, особенно это касается женских образов: донна Анна одета в платье с открытым декольте (поэтому в ее сопротивление дону Жуану не сильно верится); донна Эльвира облачена в длинное многослойное платье – строгое и контурное, которое при этом довольно просто снять; свадебный туалет Церлины тоже вторит легкости героини – белое платье не в пол, корсет, ее костюм на деле оказывается самым сложносочиненным, сложносоставным и, следовательно, целомудренным. Получается визуальный минимализм, который до совершенства доводит роскошная актерская работа.

2Дмитрий Зуев (бас-баритон) чувствовал себя вольготно на сцене в образе дона Жуана, пижона, разбивающего женские сердца. Ни в Италии, ни во Франции, ни в Испании дамы не могут перед ним устоять. Молодость артиста позволяет сообщить дополнительную легкость, избавив спектакль от сложных психологических скитаний, мотивы которых обязательно возникли бы в случае, если роль исполнялась басом. Зуев поет с невероятной энергией, так же как и играет. Несколько выделялись на фоне общего действия «хитовые» арии – к примеру, La ci darem la mano. Они, на мой взгляд, исполнялись в концертном стиле – настолько сами были чисты музыкально, что подчеркивали небольшие неточности в других отрывках оперы.

Бас Дениса Макарова (Лепорелло) позволяет счесть героя не только как слугу, но и опытного наставника. На деле – этого, конечно, не происходит, и Лепорелло – с одной стороны завидует дону, с другой пытается привить хозяину хоть какую-то мораль. Персонаж пользуется своими привилегиями как приближенного к дону Жуану: тут и там дамы не могут ему отказать. Но в отличие от своего хозяина он лишен холодности и безразличия, поэтому в финале он легко встраивается в компанию победивших. Денис Макаров исполнил свою партию играючи, легко, недочеты в исполнении если есть, то они невидимы за чудесной актерской работой.

4Хибла Герзмава играет донну Анну очень чувственно, так же и исполняет арии. Артистка презентует совершенный звук: насыщенный, наполненный, последовательный, разумеется, без ошибок и потерь. Особенно запоминается Non mi dir… Forse, forse un giorno il cielo ancora с роскошным форте.

Наталья Петрожицкая (донна Эльвира) всегда блестяще жестикулирует. В финале, когда все герои по очереди пытаются застрелить дона Жуана, она смотрится наиболее убедительной. Пластика актрисы поначалу превалирует над ее вокальным исполнением, но с другой стороны, в ходе действия и игра, и пение наконец сливаются воедино.

Инна Клочко играет Церлину по-хулигански. То она невинно и дерзко наступает на свежие раны Мазетто, то она висит на дверном косяке, как на турнике, чуть раскачиваясь (не поклон ли это качелям из «Так поступают все женщины» в Большом театре). Мне показалось, что грим и прическа выбивались из общего образа Церлины. Да, героиня наивна, но не без тени рокового кокетства. Если бы не безупречное вокальное исполнение, можно был бы счесть персонаж чрезмерно напористым в своем простодушии.

6Сергей Балашов в роли дона Оттавио и Максим Осокин в роли Мазетто смотрелись убедительно, но, конечно, находились в не тени своих названных жен.

А Дмитрий Степанович трактовал Командора не как мистического персонажа, а как героя комического. И тот факт, что появляется и исчезает вместе с доном Жуаном он из-за стены с расстроенными фортепиано, позволяет предположить: не тождественны ли эти сломанные инструменты разбитым женским сердцам? Даже, если и так, то и дон Жуан, и Командор и ныне там.

Спектакль можно будет увидеть 17 и 18 декабря.

 

Текст: Ксения Полежаева

НОВОСТИ


ВАМ МОЖЕТ ПОНРАВИТЬСЯ