Игги и Джонни

Джонни Депп: «Это настоящее спасение — заниматься любимым делом»

9 июня 2016, 13:30

В последнее время Депп находится в центре внимания: фильм «Алиса в Зазеркалье» с его участием вышел в прокат, вопреки бойкоту он выступил на сцене в Стокгольме, а его сложные отношения с женой Эмбер Херд не обсудил только ленивый. Но мы любим Деппа не только за актерский талант и буйный нрав. Джонни невероятно умен, обаятелен, что отмечает и его окружение, в которое в свое время входили Аллен Гинзберг и Хантер С. Томпсон. Сегодня Деппу исполняется 53 года, в связи с этим спешим поделиться с вами переводом уникальной беседы именинника с его кумиром и давним приятелем — нестареющим Игги Попом. В интервью актер рассказал о жизни в подвале Хантера С. Томпсона, о том, как он продавал по телефону ручки и работал на бензозаправке.

Интервью было опубликовано на сайте  interviewmagazine.com 30 марта 2014 года.

Игги Поп: Недавно мне попалась твоя статья «Керуак, Гинзберг, битники и другие ублюдки, разрушившие мою жизнь». В ней ты пишешь, что мечтаешь выпить коктейль «Booney’s Farm» вместе с симпатичной чирлидершой.

Джонни Депп: О, да, мужик, «Booney’s Farm» воодушевлял меня в молодости. И еще MD 20/20 (Смеется. — Прим. редакции Interview).

Игги Поп: Рад это слышать. The Stooges обожали «Booney’s farm», особенно я. Но сейчас, конечно, я пью более приятные напитки — «Cheval Blanc» и подобное.

Джонни Депп: Все по–любому началось с «Booney’s farm».

Игги Поп: Ты упоминал, что Гинзберг [Алан Гинзберг, писатель — прим.] флиртовал с тобой. Однажды он приехал ко мне, но не кокетничал. Знаешь, мне даже стало немного обидно. Наверное, к тому времени я был уже старым для него… Гинзберг просто осмотрел мою квартиру и произнес: «Сколько она стоит?» (Смеется. — Прим. редакции Interview).

Джонни Депп: Я встретил его, когда мы вместе работали над документалкой «Соединенные штаты поэзии» в 1995 году. Тогда я читал что–то из Керуака для этого фильма. После я предложил подвезти его домой. Так нам пригнали лимузин, Гинзберг залез в него и сказал: «Воу, как думаешь, сколько это будет стоить в час?» (Смеется. — Прим. редакции Interview)

Игги Поп: Мне кажется, позже он немного помешался на этой ерунде. Но я его понимаю. Те ребята были по–настоящему жаждущими художниками.

Джонни Депп: Согласен. Когда находишься в его нью–йоркской квартире, кажется, будто оказываешься в 1950-х.

Игги Поп: С маленькими дзен–побрякушками.

Джонни Депп: И книги повсюду. Он никогда не уставал кокетничать. Каждый раз при встрече Гинзберг хотел держаться за руки. Это было мило. Думаю, он просто стремился почувствовать к кому–то привязанность.

Джонни Депп

Игги Поп: Я читал, что ты работал в колл–центре. Как это было?

Джонни Депп (Смеется. — Прим. редакции Interview): Я продавал ручки по телефону. Самое прекрасной в той работе было то, что нужно было звонить незнакомым людям и говорить: «Привет, как делишки?» Потом придумывать имя, например, «Эй, я Эдвард Квартермен из Калифорнии. У вас есть уникальная возможность получить высокие напольные часы или путевку на Таити». Ты пообещаешь им что угодно, лишь бы они купили кучу ручек. Это было просто ужасно. Но, с другой стороны, работа оператором подарила мне первую возможность попробовать себя в актерской игре.

Игги Поп: Я тоже работал в колл–центре. Пробыл там два дня и ничего не продал. Думаю, хорошо, что я подался в музыку.

Джонни Депп: Однажды один парень купил у меня кучу ручек. Я хотел было уже вешать трубку, но он начал расспрашивать меня про Таити… Мне стало совестно. Я не выдержал и сказал: «Эй, мужик, тебе вовсе не нужны эти гребаные ручки. Это мошенничество. Часы на самом деле сделаны из спрессованного картона. И на Таити вы не поедете. Извините». В итоге я все ему рассказал.

Игги Поп: Сколько сигарет в день ты выкуриваешь?

Джонни Депп: Я поставлю на тысячу.

Игги Поп: (Смеется. — Прим. редакции Interview) Тысячу в день! Это бесчисленное количество, но звучит убедительно. Я верю.

Джонни Депп: Я работаю над тем, чтобы  повысить число до десяти тысяч.

Игги Поп: Продолжу копаться в тебе и спрошу: каким ты видишь свое будущее?

Джонни Депп (Смеется. — Прим. редакции Interview): А вот это уже подозрительно. Ты разве не далек от курения?

Игги Поп: Я бросил в конце века. Пришлось. Я переехал во Флориду. И хотя это местечко обладало скверной репутацией, все же здесь можно было отдохнуть после душного Нью–Йорка. Во Флориде я типа возмужал.

Джонни Депп: Здорово жить вблизи океана. Что-то есть такое в карибском климате.

Ltgg

Игги Поп: Ты переехал из Кентукки во Флориду, так?

Джонни Депп: Да, когда мне было восемь лет. По–моему, я тогда учился во втором классе. В те времена я еще не избавился от южного акцента, поэтому вписывался в многонациональное население Мирамара [город во Флориде — прим.]. Дети, с которым я зависал, были сицилийцами из Джерси и Нью–Йорка. Там были и кубинские семьи, и деревенские, так что всех хватало. Помню, когда я рос, во Флориде был высокий уровень насилия.

Игги Поп: И сейчас есть. Флорида часто мелькает в новостях. Однажды я застрял в пробке на шоссе Дикси и увидел, как двое парней вышли из машины и начали молотить по ней. По собственной тачке! Ими руководила чистая животная ярость.

Джонни Депп: Ты этого не помнишь, но я дважды выступал с тобой в Гейнсвилле. Моя группа, The Kids, была на разогреве на концерте The Stooges в в 80-х. Боже, ты был таким крутым, и шоу было очумительным. После концерта ты прогуливался у клуба, а я, 17–летний пацан, заглатывал алкоголь, чтобы наконец набраться смелости заговорить с тобой. И я помню, что принял ужасное решение: во что бы то ни стало привлечь твое внимание. И зарядил: «Я–я–я Игги Поп, гадкий жлоб». Представляешь? Ты подошел ко мне, развернулся и сказал: «Ты мелкий подонок» (Смеется. — Прим. редакции Interview). Это была та реакция, которую я хотел. Я разделил с тобой момент своей жизни. Несмотря на то, что ты обругал меня, я был несказанно счастлив.

Игги Поп: Хорошо, что я не был слишком дружелюбным, иначе испортил бы о себе впечатление (Смеется. — Прим. редакции Interview). У меня вообще–то остался подарок от тебя… Это остроумное замечание. Однажды мы с тобой оказались в щекотливой ситуации. Кто-то пригласил нас на вечеринку, больше напоминавшую оргию. И мы очутились вдвоем в темной комнате на верхнем этаже какого–то дома. Здесь почти не было мебели. Никого вокруг. Ты посмотрел направо, взглянул налево и произнес: «Я пахну дерьмом» (Смеется. — Прим. редакции Interview). Я вспоминаю эту фразу каждый раз, когда оказываюсь в странной ситуации и хочу слинять. Мне казалось, люди из Кентукки должны так говорить. Кстати, я встречался однажды с твоей семьей. Вы очень похожи. Как румяные печенюшки.

Джонни Депп: Может, дело в инцесте. Я не знаю (Смеется. — Прим. редакции Interview).

Джонни Депп и Ванесса Паради

Джонни Депп и Ванесса Паради

Игги Поп: В трейлере «Превосходства» твой герой, по сути, занимается агрессивным маркетингом, представляя новое исследование в духе Стива Джобса. Чем тебя зацепила эта роль?

Джонни Депп: Идеей, что человек, способный загрузить свое сознание в машину, становится практически богом. Религия остается для меня завораживающей черной дырой.

Игги Поп: Церковь саентологии провела дорогую рекламную кампанию во время Суперкубка, в которой звучало утверждение: «Что будет, если технология и религия соединятся?» Или что-то в этом духе. И их иллюстрации выглядели во многом похожими на трейлер «Превосходства». Кстати, когда я услышал об этом фильме, мне на ум пришла еще одна странная ассоциация — лента «Мозг Донована» 1953 года. Это дешевая, старая научно–популярная картина о гениальном западном ученом, который не смог завершить свое исследование до смерти. Но его мозг удалось извлечь и поместить в специальный сосуд, в котором орган продолжал жить. И этот мозг стал еще умнее, но вместе с тем и злее. Думаю, мысль такая: без души человеческий разум опасен.

Джонни Депп: Однозначно. Это на самом деле пугает. Особенно когда видишь бесконечную рекламу, которая кричит: «Купи это, сделай то, это спасет тебя, то излечит…»

Игги Поп: Настоящее неистовство. Невозможно этому противостоять.

Джонни Депп: Сейчас из всего на свете можно сделать реалити–шоу. Мужик, представь, к чему это приведет через 20 гребаных лет.

Игги Поп: Я думаю, это будет продолжаться до тех пор, пока не случится какая-нибудь масштабная катастрофа, которая разрушит электростанции.

Джонни Депп: Люди в наше время становятся известными из–за ерунды. Они запускают собственное шоу только потому, что крутятся в светских кругах. И эти передачи пользуются огромным спросом! Скоро люди совсем свихнутся и начнут подглядывать за соседями в ванной.

Игги Поп: Знаю. Как Бастер Китон стал актером? Он играл в водевиле? Что было бы с ним сегодня? Как он получил бы работу? Как думаешь?

Джонни Депп: Его родители работали в водевиле. Поэтому он и исполнил свою первую роль, кажется, в два или три года. Китон превосходно падал. Принято считать, что «Бастером» его назвал Гудини. Дело в том, он и родители Китона вместе гастролировали. И однажды маленький Бастер Китон скатился с лестницы, не получив ни одной царапины. Увидев это, Гудини произнес: «Вот удалец!» [от англ. buster — прим.]. Так он и получил свое имя. Но, думаю, сегодня Бастер Китон, наверное… Ушел бы. Потому что он умный парень (Смеется. — Прим. редакции Interview).

Игги Поп: Его пристальный взгляд был не такой, как у современных интеллектуалов. Они в свою очередь выглядят так, будто не могут дать сдачи. В этой их беспомощности и слабости что–то есть, даже если эти качества обусловлены недоеданием.

Джонни Депп: Думаю, все так. Такие экзистенциальные лица, как у Бастера, будто говорят: «Я не верю, что это происходит».

Джонни Депп

Игги Поп: Это правда весело, наряжаться в костюмы и мазать на лицо всякую дрянь?

Джонни Депп: Мне нравится менять свою внешность. Думаю, она и дана человеку для того, чтобы развлекать других. И я уверен, что если ты не пытаешься попробовать что–то новое, то перестанешь развиваться. Когда я становлюсь перед камерой на съемочной площадке, мои коллеги начинают бояться.

Игги Поп: За свое благосостояние? (Смеется. — Прим. редакции Interview)

Джонни Депп: В конечном счете. Они боятся, когда говорят: «Он сорвет к чертям фильм» (Смеется. — Прим. редакции Interview). И я не могу им возразить, потому что все может быть. Но я просто знаю, что моя игра абсолютно точно передает характер персонажа. И мне нравится прятаться за ролями. Это странно, на самом деле, когда  комфортнее быть своим персонажем, чем собой. Понимаешь, о чем я? Я могу выступить перед тысячью людей, играя роль. Но если мне придется произносить речь на публике, будучи собой, я побледнею от страха.

Игги Поп: Я помню, ты восхищался, когда Джим Джармуш посетил твой ночной клуб и непринужденно заговорил с кем–то. Ты сказал: «У него язык подвешен, вот это дар! У меня его нет». У меня тем более. Но Джармуш и правда умеет трепаться. Какой же он привлекательный режиссер, мужик.

Джонни Депп: У некоторых людей есть такая способность, но я никогда не хотел быть болтливым.

Игги Поп: Ник Тошес, он все еще на высоте?

Джонни Депп: Да. Он бесподобен. Тошес самый напористый, поэтичный, яростный писатель, но поражает он удивительным спокойствием. И мудростью. Каждый раз, когда я читаю Тошеса, я чувствую, как будто я только что поговорил с ним лично. И это забавно, потому что зависать с ним все равно, что быть героем одной из его книг. То же самое было и с Хантером [Томпсоном — прим.]. Мы много времени поводили вместе, когда я жил в его подвале в Вуди Крик, Колорадо. Я даже представлял нас ненормальными героями его книг. Но в этом смысле ты никогда не будешь центральным персонажем. Хантер сделает тебя соучастником. Так что, собираясь на Кубу или находясь вместе с ним взаперти в гостиничном номере пять дней, понимаешь, что все это взаправду. Наши посиделки заканчивались 17 грейпфрутами, 40 солонками соли и перца и клаб–сэндвичами на потолке. Я говорю — безумие. Прекрасно, когда оно есть в твоей жизни. Есть те, кто встречают своих кумиров и говорят: «О, черт». К счастью, со мной такого не случалось. Начиная с тебя, я никогда не был разочарован людьми, которыми восхищался. И со всеми передрягами в жизни мне помогали справиться мои герои, которые всегда остаются в моей голове. Так, работа в фильме «Плакса» была важной ступенью в моей карьере, потому что наконец я смог уйти от ролей в сериалах и проявить себя в большом кино. Но, по большому счету, четкого перехода не было. И затем благодаря «Эдварду руки-ножницы» я продвинулся еще дальше в том направлении, в котором хотел развиваться как актер. Придя к этому, я держал в голове мысль, что не могу подвести своих кумиров.

Игги Поп: Типа, что бы на это сказал Марлон Брандо?

Джонни Депп: Точно. Я не хотел разочаровывать людей, которые прежде свернули горы.

Игги Поп: Работать актером очень тяжело. Это изнурительный труд.

Джонни Депп: Да, это так. Но я определенно слышал о работах похуже.

Супер-группа The Hollywood Vampires

Супер-группа The Hollywood Vampires

Игги Поп: Я читал, что подростком ты был механиком. Что ты делал, чинил свой мотоцикл?

Джонни Депп: Я заливал бензин на заправке. Но однажды начальство поручило мне отправляться в гараж и поработать механиком. Я предупредил, что совсем плохо в этом разбираюсь. На что мне ответили: «Просто делай, что говорят, и все будет нормально». Ну, оказалось, не так. Я поменял все колеса на машине одного клиента, отрегулировал их, но чертово заднее колесо взорвалось (Смеется. — Прим. редакции Interview). В итоге меня попросили уйти. А что насчет тебя? Ты взял перерыв, пишешь что-то, записываешься?

Игги Поп: Я весь год делал программу для ВВС 6.

Джонни Депп: Это здорово. Я рад, что у тебя нашлось немного свободного времени для меня. В последнее время я сам много занимался музыкой. И это настоящее спасение, возможность заниматься любимым делом. Настоящая свобода.

Игги Поп: Музыкант — намного более благодарная работа. Меньше людей тебя донимает.

Джонни Депп: И еще моменты, когда вы вместе с бандой записываете потрясающие вещи, опьяняют. Думаю, в этом и весь кайф.

Игги Поп: Ты играешь в группе?

Джонни Депп: В последнее время я много записывался с Брайаном Адамсом. Он невероятно трудолюбивый и искренний.

Игги Поп: Слышал его музыку. Он и правда чертовски талантливый и умелый. Настоящий неугомонный художник.

Джонни Депп: Точно, он все время жаждет деятельности. Будто извергает пламя.

Игги Поп: Но он на грани. Как я когда–то был… Надеюсь, больше нет. У него есть этот опасный блеск в глазах. Так и хочется ему сказать: «О, да ладно, Райан, передохни».

Джонни Депп: Он прекрасно с этим справляется. И заботится о себе. Но, мужик, какой же талант. Я восхищен этим ублюдком. А я сейчас работаю над кое–чем с Элис [Купер — прим.], мы с ней весело проводим время. Еще с Маркусом Манфордом, он тоже супер. Знаешь, я часто представляю, как мы с тобой бездельничаем в студии или снимаем клип в Париже [имеется в виду клип на песню Игги Попа «Hollywood affair» — прим.] или просто играем ерунду.

Игги Поп: «Hollywood affair» — красивая песня. Я использовал пару фраз из твоего фильма «Храбрец» для Avenue B [1999 — прим.]. Кстати, люди, которые хотят видеть Попа честным, не оценили пластинку. Но есть много других, которым альбом пришелся по душе. В музыке были чувства. Это было для меня главным.

Депп

Джонни Депп: Есть вопрос. Ты работал с Боуи, и это отразилось в альбоме The Idiot. Вы, ребята, когда–нибудь думали снова поработать вместе? Я спрашиваю как фанат.

Игги Поп: Я никогда не говорю никогда. Вместе с ним мы креативно проводили время. Боуи попробовал бы все на свете, и, с этой точки зрения, я бы попробовал половину. Однажды ночью я напился, а Боуи скучал. Он поднялся в мою спальню и начал копаться под матрасом, где я прятал свои стихи. Нашел он следующее: «Я на краю/Я чувствую, что скоро сломаюсь/Все слишком прямолинейно, хочу грешить». Боуи взял эти строчки, дописал их, и так появилась песня «Some weird sin». Он также подкинул мне идею для альбома Lust for life. Конечно, на тот момент я не слышал об одноименных книгах и фильме с Кирком Дугласом [«Жажда жизни» — прим.], которые создавались в тоже время.

Джонни Депп: Некоторые строчки из этой песни застряли в моей голове. Самая красивая, по–моему: «Это похоже на курицу в трансе».

Игги Поп: Это из Берроуза. «Что такое любовь?/Это как курица в трансе/ Достаточно почесать ей брюшко или голову, и она в экстазе/ Это и есть любовь» (Смеется. — Прим. редакции Interview).

Джонни Депп: Я слушаю, как Берроуз читает «Благодарственную молитву», дважды в месяц. Это моя религия. Произведение начинается «Джону Дилинджеру, в надежде, что он все еще жив». Это так прекрасно. Боже, это так замечательно разговаривать с тобой, мужик. Я скучаю по тебе. Надеюсь, мы встретимся как-нибудь.

Игги Поп: Согласен. Я буду играть в Голливуде. Или, знаешь, можешь там заскочить в мою лачугу.

 

Перевод: Кристина Бесстрашнова

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

Сохранить

  • VK
  • Facebook

Новости

r
Интервью с режиссером Ромой Либеровым

Яндекс.Метрика